ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кваzи
Наследница
Обещай, что никому не скажешь
Плесните любви, пожалуйста!
Три желания для художника
Китаист
Беги, или умрешь!
Stand Up. Библия комедии
Верные, безумные, виновные
Содержание  
A
A

Когда они расселись за круглым столом с чашками крепкого чая, доктор Дулитл спросил уже совсем успокоившегося мальчика:

— Теперь рассказывай. Как тебя зовут? Как ты оказался на пиратском корабле? Почему тебя держали взаперти?

Звери столпились вокруг мальчика и замерли в ожидании. А его глаза вдруг снова наполнились слезами. Он вспомнил все невзгоды и несчастья, которые свалились на него совсем недавно. Тудасюдайчик наклонился над мальчиком и ласково потерся о его плечо своей лошадиной головой. Собачка Гав-Гав лизнула его руку. А сова Ух-Ух сердито проворчала:

— Ну вот, опять захныкал! Большой мальчик. Пора уж успокоиться.

— Да, да, — подхватил доктор Дулитл, — здесь тебя никто не обидит. Успокойся и расскажи нам.

Мальчик, еще всхлипывая, начал свой горестный рассказ.

— Меня зовут Томми, — сказал он. — Я сирота и живу у тети и дяди. Мой дядя Рыжий Джим рыбак. Он часто берет меня в море. И я уже умею управлять парусом. Два дня тому назад на нас в море напали пираты. Нашу лодку захватили, улов отобрали, а меня и дядю Рыжего Джима затащили к себе на корабль. Они хотели, чтобы дядя тоже стал пиратом. Ведь все знают, что он, как никто, может управляться с любым кораблем в любой шторм, при любом ветре.

— Мы тоже теперь умеем управляться с кораблем, — похвастал поросенок Хрю-Хрю.

— Особенно с его подушками и теплыми одеялами, — хихикнул утенок Кря-Кря.

— А некоторые, которые объедаются в кладовках, помолчали бы, — обиделся Хрю-Хрю.

Сова Ух-Ух захлопала на них крыльями и зашикала:

— Прекратите! Дайте мальчику рассказать!

Доктор строго поглядел на зверей и что-то сказал им. Томми послышалось, будто доктор то ли хрюкнул, то ли крякнул. Он с удивлением поглядел на доктора Дулитла и спросил:

Вы что-то сказали?

— Ага, — ответил доктор, — я сказал зверям, чтобы они не ссорились. Я говорю с ними на их зверином языке.

— Вы знаете звериный язык? — поразился мальчик. — Как бы мне хотелось научиться говорить по-звериному!

— Это не так трудно, — улыбнулся доктор, — а пока рассказывай нам дальше на человечьем языке. Звери его отлично понимают.

И Томми продолжал:

— Мой дядя, конечно же, отказался заниматься пиратским ремеслом. «Я честный рыбак, — сказал он, — мое дело ловить рыбу, а не грабить и убивать». Ох как разъярились пираты! Они потащили дядю к борту и хотели утопить в море. Тогда я бросился на самого главного пирата Бен-Али и укусил его за руку. Меня заперли в той темной кладовке. А дядя… — Томми снова заплакал, — я не знаю, что стало с моим дядей! Вы его не видели? Такой большой, с рыжей бородой. Потому его и прозвали Рыжий Джим.

Доктор Дулитл печально покачал головой.

— Твоего дяди Рыжего Джима нет на корабле. Мы его весь обшарили. А мои звери обнюхали каждый его уголок. Их носам можно доверять, — сказал он.

— Значит, его утопи-иил-иии! — зарыдал Томми.

Доктор поднялся со стула и пошел к двери.

— Не плачь, — сказал он. — Мы сейчас все узнаем.

И он вышел на палубу. Звери и Томми потянулись за ним.

Глава 6. Надежные носы и уши

Доктор Дулитл долго глядел в море. Все с любопытством, а Томми с надеждой, ждали, что же он сделает? А доктор вдруг стал насвистывать. Неужели он совсем не огорчен гибелью Рыжего Джима?

— Фью-фью, фюить-фюить, фиррр! — посвистывал доктор.

И вдруг у самого борта корабля море всколыхнулось. Большие гладкие волны побежали одна за другой. Что-то блестящее и черное мелькнуло над волнами, словно часть большого колеса показалась над поверхностью моря. Это непонятное колесо крутанулось и скрылось. Но вот еще, и еще, и еще одно колесо покатилось по волнам. Дельфины! Это они ходили в воде колесом, показывая черные гладкие спины. Вот один из дельфинов подплыл к кораблю и высунулся из воды.

— Фить-фить, — свистнул он.

— Фитить-фирить! — ответил доктор.

— Вы с ними разговариваете? — догадался Томми.

— Да, — ответил доктор Дулитл, — я прошу дельфинов обыскать все дно морское. Если твой дядя утонул, то они обязательно узнают это.

Слезы наполнили глаза мальчика. Доктор молча обнял его за плечи. А дельфины исчезли под водой. Все с замиранием сердца ждали их появления. Не прошло и получаса, как появился один из дельфинов.

— Нет, — сказал он смущенно, — не нашли. Вы не сердитесь, звериный доктор, мы старались. Мы обшарили все дно морское. Мы спрашивали всех рыб и морских ежей, всех раков-отшельников, которые заползают в самые отдаленные уголки подводного мира. Вот единственное, что мы отыскали. — И дельфин, высоко подпрыгнув над волнами, так, что только хвост его опирался на воду, кинул на палубу большой красный платок.

— Это платок моего дяди Рыжего Джима! — воскликнул Томми. — Он им повязывал голову. Так все рыбаки у нас делают, чтобы солнце не напекло.

А доктор Дулитл перегнулся через борт и погладил бархатную голову дельфина.

— Спасибо, старина, — сказал он. — Ты нас обрадовал. Если Рыжего Джима нет на дне морском, значит, он не утонул. И раз так, то мы непременно разыщем его!

Тут собачка Гав-Гав подошла к Томми и понюхала платок. Она его нюхала долго, чуть ли не втягивая в свои расширенные ноздри. Потом повернулась к доктору и сказала:

— Фу! Платок просто пропитался табаком «Вирджиния»! Что за глупое занятие курить трубку! Ни одна приличная собака этого никогда делать не станет. Можете мне поверить.

Гав-Гав чихнула, встряхнула головой так сильно, что прихлопнула ушами, будто ладошками. А сова Ух-Ух, наоборот, навострила уши. Они у нее стояли, словно только что развернувшиеся весенние листочки.

— Слышу, — сказала она, — слышу я, как скользит по волнам небольшая парусная лодка. Вот и паруса гудят, вот и снасти скрипят.

Доктор Дулитл вгляделся в море. До самого горизонта было оно спокойно и чисто. Ни лодки, ни паруса, ни черточки вдали. Только легкое облачко скользило по небу, но и оно удалялось и удалялось и, наконец, пропало, растаяло. А собачка Гав-Гав снова повела носом и опять чихнула.

Доктор Дулитл и его звери - i_033.jpg

— Фу, — фыркнула она, — так и бьет в нос этот ужасный запах табака «Вирджиния»! И… — тут она надолго замолкла и только шумно тянула носом воздух, — и, — наконец сказала она, — пахнет красным платком.

— Откуда ты знаешь, что он красный? — изумился доктор Дулитл. — Разве запах бывает цветным?

Собачка Гав-Гав взяла в зубы платок рыбака Рыжего Джима и потрясла им перед доктором.

— Вот этим платком пахнет. Но и чем-то еще знакомым. Подождите… — и она опять надолго умолкла.

Томми взволнованно переводил глаза с собачки Гав-Гав на сову Ух-Ух. Он еще не научился языку зверей и не понимал, что они говорят.

— Что они сказали вам? — спросил он доктора. — Почему собачка Гав-Гав трясет дядиным платком?

— Сова услышала, а собачка учуяла парусную лодку. И от этой лодки прилетел запах табака «Вирджиния», — объяснил доктор Дулитл.

Томми захлопал в ладоши и радостно запрыгал по палубе.

— Это дядя Рыжий Джим к нам плывет! Это наша лодка «Веселая Салли»! — выкрикивал он.

Собачка Гав-Гав сердито тявкнула на него, а сова Ух-Ух защелкала клювом. И доктор Дулитл приложил палец к губам, приказывая мальчику перестать шуметь. А собачка Гав-Гав вдруг оскалила зубы и зарычала.

— Я вспомнила этот неясный запах! — гавкнула она. — Пахнет порохом и пистолетами! Пахнет пиратами! И этот противный запах сильнее даже запаха табака!

— А я слышу дыхание многих людей, — сказала Ух-Ух. — И шорох пороховой струйки, льющейся в ствол пушки. Они готовятся к нападению!

Доктор Дулитл снял с головы свой черный цилиндр и вытер пот со лба белым платком.

— Я все понял! — воскликнул он. — Пираты захватили лодку Рыжего Джима и теперь гонятся за нами. Зачем, зачем я не позволил акулам проглотить их?

Но сожалеть было поздно. Приходилось думать о спасении.

— Будем драться! — сказал Тудасюдайчик и выставил свои острые антилопьи рога.

22
{"b":"211806","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Артефактика. От теории к практике
Другая жизнь оборотня
Я, Рейван
Сеанс гипноза
Последний взгляд Марены
Пуповина
Прежде чем ты уйдешь
Дикая весна