ЛитМир - Электронная Библиотека

Она не умрет. Конечно, несколько лет ей придется провести в тюрьме, ибо никто не может убить и остаться безнаказанным. Жизнь человека священна, даже жизнь шантажиста.

Итак, она будет жить.

– Время пройдет, – сказала ей тюремщица, – вы привыкнете. А при хорошем поведении срок будет сокращен. У вас столько друзей, и они так энергично занимаются вашими делами, что вы просидите каких-нибудь шесть-семь лет, а может, и того меньше.

Шесть или семь лет! В восемнадцать лет они кажутся вечностью. Пять лет назад она жила в монастыре, и однажды, проходя мимо гостиницы, уронила свой деревянный башмак у ног англичанина. С этого все и началось.

А теперь ее уведут из камеры, наденут на нее тюремную одежду, она будет есть тюремную пищу – и так целую вечность.

«Все пройдет, – говорили ей. – Вам повезло. Разве это не так? Еще совсем недавно вас бы увезли из страны на корабле для преступников. Кроме того, на воле у вас есть друзья, и они позаботятся о том, чтобы облегчить вашу жизнь в тюрьме. Эти друзья будут дожидаться того времени, когда вы выйдете на волю».

У нее было несколько лет для того, чтобы думать о будущем.

Сэр Чарльз ей сказал: «Тебе больше нечего бояться. Я позабочусь о том, чтобы сделать твое пребывание в тюрьме как можно более удобным. А когда выйдет срок, буду рядом, буду ждать тебя… ждать, чтобы вознаградить за все… ждать, чтобы отвести в твой дом».

У нее был отец, который станет ее дожидаться! Она счастливица.

Леон вторил ему: «Я буду ждать вас. Время пройдет быстро. Мы поженимся. Поедем в Америку, как и собирались. Когда кончится срок, я буду на месте… буду ждать».

Не многих людей так любят, не у многих есть дом, в который можно прийти по возвращении.

Фермор пообещал: «Не думайте, что я на этом успокоюсь. Я сделаю все, чтобы вас освободили. И… я буду ждать».

Как приятно было о них думать.

Но сидеть взаперти, оторванной от мира на много лет… Это все равно, что быть похороненной заживо… но все-таки не в каменном гробу. Она будет есть, пить, сможет думать. Оставит позади детство и юность, станет женщиной. В ее распоряжении годы для того, чтобы думать, попытаться понять всех этих людей, которые сыграли такую важную роль в ее жизни.

– Пойдемте, – сказала тюремщица.

Их шаги громким эхом отдавались в каменном коридоре.

Впереди у нее темный тоннель, и понадобится несколько лет, чтобы дойти до конца. Но у выхода будут ждать те, кто ее любит.

Мелисанда не знала, что случится с ней в течение этих лет, но, когда она окажется на свободе, перед ней откроется один из трех жизненных путей. Какой из них она выберет?

Теперь она чувствовала себя спокойнее: не было нужды совершать какие-либо действия, повинуясь минутному импульсу. Оказывается, во всем есть хорошая сторона. Благодаря тому, что ей предстоит провести в тюрьме эти годы, она сможет как следует подумать о будущем.

Казалось, в каменных коридорах раздаются голоса тех, кто ее любит, кто, каждый по-своему, сыграл роль в том, что она оказалась в тюрьме и в том, что ей была спасена жизнь.

Чарльз, ее отец, пообещавший дочери, что у нее будет дом. Леон, который хочет стать ее мужем. Фермор, ее возлюбленный.

Тюремщица открыла дверь камеры.

Это новый дом Мелисанды. Здесь она будет находиться, будет мечтать, думать о прошлом, настоящем и будущем.

Дверь с лязгом закрылась, в замке повернулся ключ.

Девушка закрыла глаза и, казалось, слышала голоса близких: «Мелисанда! Мы ждем тебя, Мелисанда!»

93
{"b":"91379","o":1}