ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Обратно в СССР
Спасенная виконтом
Цитадель
Дороги в неизвестность (сборник)
Ученик
Легкомыслие
Охота на дракона
Арифмоман. Червоточина
Норман. Шаг во тьму
A
A

Кристина Лестер

Синий бриз

1

Старый автобус, громко булькая, урча и причмокивая, выполз из лужи, залившей его чуть ли не по самые окна, и медленно стал разгоняться. Водитель не особенно стеснялся в выражениях: машину то и дело заносило, тормоза отказывали, и с каждой минутой становилось все яснее: поломки не избежать. Две огромные волны, словно крылья, расходились полукругом по обе стороны автобуса, и чем быстрее он рассекал дождливое пространство, тем более мощные потоки воды выбивались из-под его колес.

Четверо пассажиров – семейная чета примерно сорокалетнего возраста, старичок с книжкой и молодая девушка – инстинктивно пересели поближе друг к другу, в середину салона, как будто это могло спасти их от бушующего, рвущего в клочья тучи и, казалось, раздирающего землю пополам урагана.

Их хрупкий мирок с тусклым светом двух ламп, неудобными сиденьями и наглухо задраенными окнами был, словно Ноев Ковчег, оторван от большой земли. Более того, у всех путешественников появилось навязчивое ощущение, что они вообще потерялись во времени и пространстве.

– Прямо настоящий Аид! – вдруг проблеял старичок, неожиданно оторвавшись от книжки, которую он читал всю дорогу, несмотря на отвратительное освещение, а сейчас и подавно – почти полумрак.

Молодая француженка, сидевшая рядом, посмотрела на него и, мысленно усмехнувшись, пришла к выводу, что старичок просто прятался в книжку от страха. Он суетливо дернул седой длинный локон, поправил небольшие очки на сухоньком хитром личике и снова заговорил, выразительно сощурившись в сторону окна:

– Давайте хоть познакомимся перед тем, как утонуть.

Семейная чета – дама в шелковом шарфе и ее муж, которые всю дорогу крепко сжимали поручни, лишь изредка негромко переговариваясь, игнорировали это предложение.

Зато водитель решил отозваться:

– Вы бы не говорили под руку, мсье. Я, черт возьми, уже час как мог бы остановиться в какой-нибудь луже и пережидать грозу, но не сделал этого, потому что, как и вы, хочу пораньше вернуться домой. Меня зовут Жак. Хотя, надеюсь, мы все-таки не утонем.

– Меня зовут Себастьян. А ваше имя, мадемуазель?

– Жозе… – От страха у нее совсем осип голос, когда очередная молния осветила то, что скрывалось во тьме за автобусным окном. Там была просто вода… и все. Ровным сплошным потоком. – Ох, так мы скоро забудем, где верх, а где низ, и откуда все это льет…

– Ну надо же как-то… – подала наконец голос сорокалетняя дама, судорожно сминая соломенную сумку в руках. – Надо же к кому-то обратиться! У водителя должна быть связь. И когда-то ведь все это кончится?! – Она поправила шелковый шарф, повязанный на голову, и вызывающе посмотрела на мужа (по крайней мере, все думали, что это муж), словно ожидая от него ответа на свой вопрос, а заодно и точного прогноза погоды на неделю.

С минуту молча поглядев друг на друга, оба супруга разом повернулись в сторону Жака, но тот оставался невозмутим:

– Связи у меня нет, а если б и была, то сломалась бы в такую погоду. Вы и сами видите: уже час, как отключились мобильные телефоны. Мадам, успокойтесь: я думаю, мы справимся.

Дама в шарфе обиженно отвернулась к окну, и муж тут же взял ее за руку, желая поддержать. Они были под стать друг другу: пышнотелые, круглолицые и смуглые, с одинаково острыми, сметливыми взглядами сельских жителей. Однако, судя по одежде, слишком претенциозной для провинциального автобуса, они считали себя парижанами и в этот злополучный вечер, скорее всего, возвращались домой от каких-нибудь родственников с полей.

Мужчина наклонился вперед, с надеждой глядя в глаза Себастьяну, и, обращаясь почему-то только к нему, сказал:

– Но ведь грозы не бывают затяжными? Они обычно быстро проходят?

– Грозы – да! – подал голос с водительского сиденья Жак. – А вот дожди бывают очень даже затяжными. Чего ж вы хотите, мсье, – октябрь на дворе! – И он с радостным и каким-то бойким оптимизмом рассмеялся: – А вообще для наших мест такая погодка вполне характерна. Будем надеяться, что к утру все наладится.

– К утру?!! – вскричали все в один голос.

– Вы с ума сошли! – убежденно заметила дама в шарфе.

– Ну уж нет, мадам. Если сейчас у меня откажет мотор, чинить я его, ясное дело, не пойду, а вот заночевать в автобусе мне не впервой. Так что и вы готовьтесь к такой перспективе. – И он послал в зеркало заднего вида очередной выразительный взгляд, адресованный Жозе.

Но та ничего не заметила. Она громко стучала зубами от холода и неясных предчувствий, пытаясь при этом расстегнуть молнию на рюкзаке.

– Ну конечно! – пробормотала она самой себе, вытаскивая теплую куртку и собираясь действительно прилечь на сиденье. – Мы все сейчас захлебнемся, как лягушата, вот и сбудутся все самые неясные предчувствия!

– Это вы зря, мадемуазель, – рассмеялся Себастьян из-за спинок соседних сидений, куда он тоже начал уже устраиваться, свернувшись калачиком. – Мы не утонем. Мы просто умрем с голоду.

– Это провокация, Себастьян! – закричала дама в шарфе. – Правило номер один в таких случаях: не говорить о еде. И вообще не говорить о том, чего у нас нет!

– У нас нет жабр! – некстати пошутил ее муж.

– А у меня есть немного ветчины, сыра и компота. Хотите, разделим на всех? – спросил Жак. – Я всегда беру на работу запасы. Вдруг что случится, как, например, сейчас.

Он снова улыбнулся Жозе через большое зеркало, в которое был виден весь салон. Уже на протяжении получаса он рассматривал молодую симпатичную пассажирку. Сам Жак был скорее приятен, чем красив: красно-бронзовый «профессиональный» загар лица и рук, открытая наивная улыбка и не замутненный книжными премудростями взгляд молодого сельского парня.

Все, кроме Жозе, радостно повскакивали с мест и стали пробираться к водительскому креслу. Жак остановил автобус и разложил нехитрую еду на одном из передних сидений.

– А что же вы? – спросил он обиженно. – Брезгуете?

– Спасибо, я не голодна!

Ей сегодня с самого утра не хотелось есть, а сейчас и подавно. Жозе не отпускало чувство неясной тревоги и страха, причину которых она не могла объяснить. Уже час как она, равно как и все пассажиры, должна быть в Париже, в своем теплом сухом доме… рядом с Марком. Он обещал ей сегодня вечером какой-то сюрприз. Как это несправедливо! Вместо того, чтобы нежиться в тепле рядом со своим мужчиной, она укладывается спать в полусыром старом драндулете, да еще и терпит двусмысленные улыбочки этого нахального парня… Впрочем, его неуклюжие ухаживания вносят хоть какое-то оживление в напряженную обстановку, снисходительно подумала она.

– Представляете, – с аппетитом прожевывая булку с сыром, сказал лукавый Себастьян, – сидим мы сейчас, как в аквариуме, а вокруг – темнота и неизвестность. Как в потустороннем мире.

Все подняли на него глаза и резко замолчали, казалось, прислушиваясь к темноте и неизвестности, объятые еще большим ужасом, чем в начале грозы. Аппетит сразу пропал.

– Вы бы хоть дали кусок проглотить, – сипло сказала дама в шарфе, – он у меня теперь в горло не лезет…

Закончить она не смогла, потому что в это время в автобусную дверь раздался громкий, совсем не потусторонний, но наводивший не меньший ужас, настойчивый стук.

Компания оцепенела. Жозе, сидевшая ближе всех к двери, почувствовала, что у нее шевелятся волосы на голове, а тело покрывается липким потом. Ноги приросли к полу, а все остальное – к сиденью.

Стук повторился. По двери двигался туда-сюда какой-то темный предмет, и чье-то лицо приникло к запотевшему стеклу.

– Да откройте вы, наконец, оглохли что ли? – раздался вдруг мужской голос с улицы.

Жак бросился к своему месту и нажал на кнопку, впуская нового пассажира внутрь. Сначала с того просто лила вода. Он был в непромокаемом плаще с капюшоном, и первые две минуты стоял, еще не поднявшись по ступенькам, расставив руки, давая воде стечь с него на землю. Все с ужасом ждали продолжения, по меньшей мере – разоблачения нового персонажа. Жозе трясло как в лихорадке, теперь она отчетливо поняла, что тревога была связана с появлением этого таинственного незнакомца. Впрочем, незнакомца пока никто не видел. Но если бы он сбросил капюшон и, сверкнув клыками, накинулся на чье-нибудь горло, наверное, уже никто не удивился бы.

1
{"b":"122056","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Черное сердце
История одиночества
Всего один день. Лишь одна ночь (сборник)
Девушка в поезде
Ева
Герцог оперативного назначения
Ни дня без кисти. Как рисовать часто и понемногу, сохранять свежий взгляд, не бояться экспериментов, быть уверенным и свободным в творчестве
Королевская кровь. Проклятый трон